Владимир Кузьмин про Градского и Цоя

Вскоре после рождения сына отца Владимира перевели на Северный флот в гарнизон «Спутник» Мурманской области. Володя учился в школе №5 посёлка Печенга, был отличником, с детства увлекался музыкой, учился в музыкальной школе по классу скрипки. С 5 лет играет на электрогитаре. Первую песню написал в шесть лет. С 1978 по 1983 учился на духовом отделении Днепропетровского музыкального училища имени Глинки по классу флейты у Сергея Дмитриевича Пятова (ныне – главного дирижёра оркестра цирка, солиста камерного оркестра «Времена года» имени Гарри Логвина). Несмотря на то, что Кузьмин начал обучение на флейте с нуля, скоро он обогнал своих однокурсников, а для госэкзамена выбрал самые трудные вещи – «Сюиту № 2» Баха, «Поэму» Жанны Колодуб и «Полёт Шмеля» Римского-Корсакова.

– Да, это было в Прибалтике, на Севере, на Юге, на Востоке… Солдаты меня научили играть на гитаре, на кларнете, на флейте. В общем-то, в шестом классе мы уже играли «Битлз», «Роллинг Стоунз» и свои песни на школьных вечерах и на солдатских в Доме офицеров.

Из интервью моей «Музыкальной правде» (№42 от 20 сентября 1996): «Все началось с радио. Мы жили в маленьком военном гарнизоне на границе с Норвегией, и один человек посоветовал мне поймать волну, где, по его словам, крутили «Битлов». Причем я спросил его, кто такие «Битлы», и он сказал, что это такие нищие музыканты, лохматые, они бедные, ходят и воют высокими голосами, играют на гитарах и себе таким образом зарабатывают на жизнь. Причем «Битлы» бывали шведские, польские, норвежские и т.д. И вняв его словам, я включил кнопку приемника и таким образом приобщился к музыкальной культуре. Этот же человек показал мне несколько аккордов на гитаре. Уже через неделю я собрал тех, кто хоть как-то на чем-то играл, и сделал рок-группу. Она называлась «Аэлита». Играть мы начали почему-то сразу свои песни».

– Вы старались каверы один в один делать или что-то свое?

– Да нет, я даже сочинял русские тексты.

– К битловским песням?

– Да, было такое.

В 1977 году Кузьмин участвует в ВИА «Надежда» как гитарист. Потом переходит в популярные «ВИА Самоцветы», где работал почти год. В 1979 году вместе с Александром Барыкиным Владимир Кузьмин собрал первый состав группы «Карнавал», которая добилась большой популярности в Москве.

– А как советский офицер, морской пехотинец, твой отец относился к тому, что сын занимается такой ерундой?

– Сначала как-то очень плохо относился, естественно. Но постепенно, когда он видел восторг людей, которые слушают нашу музыку, которую мы играем с таким энтузиазмом, отец становился фанатом.

– Ну да, битломаном уже стал. Ты его конвертировал в свою веру. Я, знаешь, когда с рок-музыкантами говорю, всегда пытаюсь для себя один вопрос понять. Вот я в этой студии беседовал с Александром Градским, тебе известным, в день 50-летия Виктора Цоя. И он озвучил тезис: на самом деле в музыке важнее не посыл-мессидж, а профессионализм. Что, мол, Цоя не будут вспоминать, потому что у него низкая профессиональная планка, а было только то, что называется, message. И мне приходилось его прерывать все время, потому что это был прямой эфир и день 50-летия как-никак. Просто мне казалось неуместным именно в этот день про это говорить. Но Саша очень настаивал на своем тезисе. Ты-то как считаешь, в рок-музыке важнее какое-то послание или важнее все-таки техника и как это сделано, то есть музыкальная составляющая, что важнее для рок-музыканта, скажи мне?

Звезда рок-шансона Юрий Шевчук декларировал:
«Что такое рок-н-ролл? Многие журналисты путаются. Одни говорят: «Кузьмин – великий рок-гитарист». Да какой он «рок», он же поп-музыкант. Хорошую попсу играет, но я в этом не профессионал. Или группа Мазая, как ее… «Моральный кодекс». Это же поп-музыка. Или эта «Агата Кристи». Просто они играют в стиле рок-н-ролла – у них электрогитары, фузы, но там нет духа рок-н-ролла! Любой уголовник вам скажет: смешение понятий. Да вы что, запутали всех. Все называете роком, скоро им Кобзон станет».
А главред «Музыкальной правды» Отар Кушанашвили писал в своей газете (№40 от 9 сентября 1996): «Такое ощущение, что лирику КУЗЬМИН пишет только по приказу или, что еще хуже, пишет, понимая, что она поможет сбыту альбома, что тоже, в конечном итоге, есть приказ, но уже – рынка. Он безумно стесняется обсуждать, например, пронзительнейшую балладу “СИБИРСКИЕ МОРОЗЫ” (“Я НЕ ЗАБУДУ ТЕБЯ НИКОГДА”), что меня, влюбленного в эту чистую драму, ставит в несколько несуразное положение: я говорю комплименты, а человек мало того, что их не принимает, так еще ОТНЕКИВАЕТСЯ от них! Я очень люблю ВОЛОДЮ КУЗЬМИНА, он один из самых одержимых людей, которых я видел (но одержимость эта – не фантастического толка, я имел в виду, что В.К. верно служит Музе столько лет, и все это – без надрыва, без воплей), но его альбом «СЕМЬ МОРЕЙ» доказал мою правоту. Правоту в том смысле, что Кузьмин никакой не рокер, а элегический, уже явно уставший человек с огромным обаянием и мощной лирической божьей искрой. ЕДИНСТВЕННАЯ ВКУСНАЯ ВЕЩЬ В АЛЬБОМЕ – «БЕЛАЯ ЛУНА», она никак, увы, не соприкасается с «МОРОЗАМИ», но мелодика там весьма симпатичная. И в прочих вещах, где Кузьмин не изображает на 95-м году жизни бестрепетного байкера, а бьет на светлый мотив, – в этих вещах сила. Не сомневаюсь, что у этого стиля полно апологетов, причем, как подсказывает опыт, весьма агрессивных, – но, во-первых, высказываю частное мнение, во-вторых, только необъективный скажет, что НЫНЕШНЕМУ Кузьмину ИДЕТ РОКЕРСКАЯ ТОГА. Нет, братцы: ГЛАЗА ДРУГИЕ, в глазах уже нет куража, и это нормально, потому что там есть мудрость. А мудрость – это грустное. В любом случае я высказываю ЧАСТНУЮ точку зрения ОБИЖЕННОГО нехваткой витаминов в виде сантиментов человечка. Зачем-то Кузьмин сконцентрировался на роке, навязывая его как генеральное свое направление. Я протестую! Ах, зачем он стесняется быть трогательным?!».

– Ну, важно и то и другое. Но посыл все равно важнее, я считаю.

– Чем исполнение?

– Совершенно верно.

– Вот я тоже так думаю. Я думаю, что Градский здесь не прав.

Источник:zen.yandex.ru